Собака сверху, собака снизу. Кейс про прокрастинацию

С этого началось мое знакомство с гештальтом.

Я пришёл к Косте Логинову, сел напротив и начал рассказывать, как переживаю свою жизнь.

Что я должен. Что всё время надо. Что отстаю. Мог бы больше. Ленюсь. И жизнь проходит мимо. Вроде понимаю, но не делаю.

Костя послушал и сказал: «Похоже, у тебя там собака сверху / собака снизу».

Я, конечно же, нихрена не понял.

Какая собака?! Сверху. Снизу. Что за камасутра. Причем это тут?

Но почему-то запомнилось.

Собака сверху и собака снизу

Потом я узнал, что это одна из классических идей Фрица Перлза: topdog / underdog.

Топ-дог - это внутренняя собака сверху. Давящая.

Соберись! Ты должен. Хватит ныть. Давай быстрее. Долго ещё так будешь? Всё просираешь. Другие могут, а ты что?

Это фигура давления, контроля и требований.

Андердог - это собака снизу. Прокрастинирующая.

Она не спорит открыто. Не выходит с плакатом: «Я против». И не вписывается в конфликт. Но она - против. Просто делает это тоньше.

Она забывает. Откладывает. Включает сериал. Твердит «я не знаю». И - ищет, куда спрятаться.

На поверхности это правда выглядит как прокрастинация. Но если присмотреться, то часто оказывается не ленью, а единственным доступным способом сказать «нет» внутреннему диктатору.

Два стула

Ко мне приходит человек и говорит:

Я всё понимаю. Мне надо развиваться. Нанять людей. Масштабироваться. Делать продукт. Двигаться быстрее. Время уходит. Если сейчас не успею - будет поздно.

Слова вроде правильные. Одна незадача. Лицо кислое. Глаза потухшие. Внутри тревога. А что от меня хочет? Конечно же - справиться с этой своей «прокрастинацией».

Голос давления звучит настолько сильно, что его хочется отсадить. Двигаюсь за своим желанием и притаскиваю два стула.

Прошу клиента сесть на первый и зачитать все, что он должен. Голос звучит бодро. Интенсивно. Я прилежно записываю. Список длинный. А сделать все нужно… за месяц. В какой-то момент поток иссякает и появляется чувство, будто мы оказались в Абсурдистане. Это топдог.

Клиент пересаживается на другой стул. Говорю: «Здесь та часть, которая всему этому сопротивляется. Что она скажет?»

И сначала там только ступор. Потому что андердог всегда согласен. Только делать ничего не собирается.

Через какое-то время проступают усталость. Страх «не вывезти». Опасения сделать еще хуже. Боль, бессилие и одиночество.

И в этот момент прокрастинация перестаёт быть тупой проблемой дисциплины и становится внутренней драмой.

Они пытаются спасти

Одна часть пытается спасти человека через давление. Другая - спасти от самого давления. Одна говорит: «Ебашь, иначе сдохнешь на помойке». Другая - прячется, пока не раздавили. И обе, как ни странно, - пытаются помочь.

Топ-дог боится, что если ослабить хватку, жизнь развалится. Андердог думает, что если подчинится, внутри не останется ничего живого.

Они сцеплены.

Чем сильнее давит топ-дог, тем сильнее прячется андердог. Чем сильнее прячется андердог, тем яростнее становится топ-дог. А человек зажат между ними. И так годами.

Не работает и не отдыхает. Не движется и не выбирает. Разрывается.

Третье место

В терапии важно не победить одну из этих частей.

Не убить топ-дога - в нём энергия, структура, здоровый страх за будущее и желание не проспать.

Но и не романтизировать андердога. Он может залипать, избегать, саботировать и уходить от жизни.

Стулья нужны для диалога. Чтобы увидеть обоих и немного отделить от себя. Потому что человек - не только тот, кто орёт «надо». И не тот, кто прячется под одеялом.

Где-то между ними есть третье место. Более взрослое. И более честное. То место, из которого рождаются важные вопросы:

• А чего я правда хочу?
• Где я устал и как о себе забочусь?
• От какой боли прячусь?
• И что хочу сделать не из насилия, а из контакта с собой?

Иногда прокрастинация - это последняя баррикада, которую психика построила против внутреннего диктатора.

Кто сейчас громче внутри - тот, кто требует, или тот, кто сопротивляется? И чего хочет каждый из них?